Виталий Кино не о кино: театр из пивопития, единственный спонсор и «пихатість». Интервью

Быть независимым театром (хотя некоторые сразу скажут – от чего?) – нынче модно. А иметь еще при этом нехилое помещение в центре города – и вовсе люкс. Виталий Кино, руководитель частного «Нового украинского театра», за модой явно не в погоне. Но на коне – имеет и то, и другое. Разговорить его было сложно. Да и сам Кино признался, что далек от тусовки, малообщителен и, как говорят некоторые, сидит в подвале своего детища.  Но его кейс старта и функционирования частного театра – довольно интересен. Спустились к нему туда. А добрались аж до Венеции.

Кто вы?

Я — Виталий Кино. Режиссер, актер, руководитель Центра искусств «Новый украинский театр», которому 20 лет, а как стационарному, уже с постоянным помещением — 10.

Маленький театр не может содержать бухгалтера

Чем занимаетесь?

Занимаюсь всем. В независимом театре нельзя быть кем-то одним. Поэтому и играю в спектаклях, и ставлю как режиссер. Выполняю работу директора и даже бухгалтера (смеется – ред.), потому что маленький независимый театр не может содержать бухгалтера.

А снимать такое помещение в центре города (ул. Михайловская, 24ж) – может? 

Это очень сложно. Мы платим аренду, коммунальные услуги. Это большие деньги, которые должны сами зарабатывать.

Чем вы знамениты? 

Это спрашивайте не меня. Понятие знаменитости не важное в жизни, хотя творческий человек хочет, чтобы о нем узнали. Я лет 30 в театре, поставил более 50 спектаклей, много лет преподаю. Бывшие студенты работают в театрах Киева, снимаются в кино, занимаются творчеством. Не знаю, насколько это серьезный вклад в украинский театр, спрашивайте их.

Насколько НУТ (Новый украинский театр — прим. ред.) связан с именем Виталия Кино?

Театр, как актер и режиссер, связан с личностью человека, который определяет его творческое кредо. Поэтому очертить «Новый украинский театр», не представляя, кто я такой, будет сложно.

Шел 1998 год, в Украине – кризис, времена – лихие. Время не для открытия театра. С какой целью все же решились? 

Тогда мы были не единственные с желанием реализовываться, потому что театров в Киеве в то время – раз-два и обчелся. Поэтому возник не только мой проект.

Первый проект создали на 100 уе

Хотелось говорить и делать то, что хочешь и думаешь. Идея возникла из разговоров, кофе-чаепития и пивопития. Собрались компанией: актеры, режиссер, театральный критик, сценограф и композитор. Мол, давайте что-то сделаем. «А где мы деньги возьмем?», «Не знаю». У одного было 100 долларов, у остальных – ничего. У одного была идея, у второго — музыка, у третьего — талант. В результате первый проект (детский спектакль, сумасшедшая пьеса) создали на 100 долларов. Тогда 100 долларов было «Сто долларов!», не то, что сегодня.

А что сегодня – получается ли выходить в плюс?

Месяц от месяца по-разному. Театр работает круглый год и практически не закрывается. Мы позже всех в Киеве закрываем сезон и раньше всех его открываем. Я беру всего две недели отпуска для отдыха от города.

Деньги — не главное?

Наша профессия, в ней же главное что? Ощущение счастья, что занимаешься любимым делом. Удовольствие, которое получаешь. Все остальное на втором плане.

В 90-ые годы вдруг осознал, как в головы приходит культ денег, когда все стало ради их зарабатывания. Это напугало. Для себя понял, что для меня это второстепенно. А когда деньги на вторых ролях, то страшные месяцы в году, когда театр не приносит дохода, выглядят не такими уж страшными. Удовольствие от работы ведь остается.

У вас две сцены: детская и взрослая. Что прибыльней?

Был долгий период, когда спасал исключительно детский сегмент, нас кормил театр «Божья коровка» (детский театр в составе НУТ – прим. ред.). Сегодня ситуация изменилась.

Нам нужно оглядываться на зрителя

Взрослые — это какой сегмент?

Зритель разный. Часто парадоксально, когда делаешь спектакль, ориентируясь на молодую публику, а спектакль больше любят зрители постарше, и наоборот. Зритель непредсказуем. Могут возразить, зачем на зрителя оглядываетесь. А нам нужно оглядываться, мы существуем только благодаря ему. Единственный спонсор — тот, кто придет и купит билет.

Как в театре налажен менеджмент?

Основной костяк — актерский. Актеры, кроме игры в спектаклях, еще выполняют управленческие и технические функции, которые освоили в процессе. Например, могут придумать световое решение, технически сделать и запрограммировать. Могут сделать декорации. Это часть совместного студийного творчества.

Ведете театральную коммуникацию с другими театрами, или держитесь особняком?

Безусловно, общаемся и дружим. Хотя я человек не тусовки и вообще малообщительный. Это так, что-то разговорился с вами. Общаюсь с теми, кто хочет общаться. Я безынициативен в этом плане. Поэтому кто-то считает, что «це такий пихатий», ни с кем не общается, сидит у себя на Михайловской в подвале. А приходят люди, и я всегда с открытой душой, но инициативу не проявляю.

С точки зрения зрителя, театр — это услуга?

Общаюсь с теми, кто хочет общаться

Безусловно услуга. Человек приобретает нечто. И это не бумажечка с логотипом и названием спектакля. Зритель покупает объем свободного времени, досуга, который хочет провести у нас. История, что «театр начинается с вешалки» для меня принципиальная. Вы в одном своем посте, Константин, пишете: «Если хочу домашний уют, то я остаюсь дома». Очень смешно, мне понравилось. Имеете на это право. А я вот хочу его и в театре. Потому что большинство зрителей приходят ради этого.

А ради чего еще?

Человек в первую очередь получает эстетическое наслаждение или удовольствие от того, что почувствует, поймет, засмеется, всплакнет или задумается. Этот комплекс, который можно назвать услугой, очень важен. Хочется, чтобы человеку захотелось вернуться, поэтому делаем все возможное для этого. В сложный летний период, когда плохо ходят зрители и мало спектаклей, сделали ремонт на сцене, в зале. Средства можно было потратить на другое, но хотим, чтобы зрители чувствовали себя комфортно.1/2

Как работаете со зрителем до спектакля?

В прошлом году придумали «театральные понедельники». И все начинается с чаепития. Люди приходят, а уже заварены чайники с чаем, приготовлены конфеты, печенье. Вначале шарахались, потом, когда привыкали, спрашивали: «А почему так?». Ну как же, это ж понедельник, первый день, вы с работы вдруг пришли в театр, тяжелый день. Чайку попейте.

Балансирование между художественностью и нуждой продать билеты. Где грань?

Это опасное лезвие бритвы. Понимая, что должен все время думать о кассе, идешь на компромисс с эстетикой, творчеством и вкусом. Идешь на компромисс, зная, что будет продаваться. Тут опасный момент — не переступить черту. Золотая середина для нас — идеальная модель. Мы — репертуарный театр и содержим помещение. Не просто арендовали площадку, а рискнули и вложили деньги. 

Вначале зрители шарахались, спрашивали: «А почему так?»

Так как же выкручиваетесь?

Иногда сознательно идем на обман, но отвечая за продукт. Даем «цепляющее» название, броскую вывеску. Но в результате честны в том, что делаем. В спектакле честны, все остальное — маркетинговый ход.

Приведете примеры просто посещаемых спектаклей и спектаклей, на которые заманили зрителя маркетингом?

Спектакль «Любовь, наркотики, шансон» об Эдит Пиаф. Название кассовое, почти моно (два артиста), Эдит Пиаф. Да кому это надо? Сейчас уже все киевские театры об Эдит Пиаф сыграли за последние десять лет. А спектакль хорош, людям нравится. Спрашивают, где эту актрису или актера посмотреть? Или «Корабль столкнулся с айсбергом» — триллер по Теннеси Вильямсу. Плохо на него ходят… 

Иногда совершенно наглым образом обманываем зрителей. Вот назвали спектакль «Эротичні сни нашого міста», а там эротикой и не пахнет. Зрители приходят на эротику, а потом, когда хороший текст и актерская работа, то забывают о названии. Хотя кто-то и не забывает.

Как планируете развиваться дальше?

Театр развивается не только тогда, когда он расширяет территорию (а мы над этим вопросом тоже поработали). Каждый новый спектакль — это и есть движение вперед. Я противник революций в работе, искусстве или театре. Все должно развиваться естественно. Мы работаем, заполняются залы, приходят люди. Значит НУТ нужен. Выпускаем новые спектакли, открываем драматургов, режиссеров, актеров.

То есть позиционируете  НУТ как кузницу кадров?

Заходи — веб-камера все покажет

Так это правда. В силу маломасштабности многие считают, что НУТ — на уровне маргинальных театральных проявлений. Мы так не думаем и честно делаем работу.

Гастроли есть / значатся в планах?

Ездим на гастроли и фестивали. Но я не люблю путешествовать, потому что домашний. Считаю, что вояжи — это «марнотратство», трата денег.

Хм… А как же впечатления? Новый опыт?

Есть интернет. Хочешь побывать в Венеции, заходи — веб-камера все покажет. Зачем тратить деньги, если можно вложить в новый спектакль. У меня родительская квартира в Запорожской области, где никто не живет. Провожу там две недели, отключаюсь от Киева и людей.

БЛИЦ

Ставить или играть самому? 
Конечно ставить, играть меня заставили. 
Ставить для детей или для взрослых? 
Не имеет значения. Но для детей более ответственно, потому что закладываются ценности и дети требовательнее. 
Проверяете спектакли? 
Детские спектакли перед премьерой показываем в паре школ или детсадов. Смотрим на реакцию, вносим коррективы. 
Были ли у вас упущенные возможности? 
Больной вопрос. Да, были. И будут повторяться. Например, поздно пришел в профессию, только в 25 лет поступил на режиссуру. Со временем понимаешь: все, что ни делалось, делалось к лучшему. 
Оглядываясь сейчас на 20 лет назад, открыли бы театр? 
Да, потому что ничего кроме этого не умею. Хотя «освоил» профессию бухгалтера и без хлеба не останусь, но не хочу заниматься чем-то другим.
Как открыть свой театр? 
1. Проснуться с мыслью об этом. 
2. Срочно найти «компаньона» со 100 долларами — на первый проект. Лучше актера, пообещав ему главную роль, или режиссера, пообещав ему постановку, или критика, пообещав ему все. 
3. Придумать звучное название театру. 
4. Отказаться от идеи с мыслью «А нужна ли мне эта непрерывная головная боль?» и счастливо жить дальше. 
Зачем идти в театр? 
Театр — штука жизненно важная, как еда, воздух, вода или лекарство. Поход в него должен стать частью жизни. Мы живем в больном обществе. Происходящее в стране, в экономике, даже с платежками… Театр — это серьезная терапия. Используйте не «хочу» для похода в театр, а «надо». Надо пойти и очистить душу. 

Фото: Ангелина Шевелева

Стаття опублікована на сайті Yabl.ua

Залишити коментар

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *